Библиотека интересной литературы knigitut.net
Главная
Поиск по сайту
Полезные ссылки
Адрес этой страницы
<<Предыдущая страница Оглавление книги Следующая страница>

Сексуальное поведение и общество

 

Хотя сексуальное поведение высших животных, как было сказано выше, уже в значительной степени регулируется извне, т. е. детерминируется эффектами научения (опытом), это тем не менее еще не определяет качественного своеобразия сексуального поведения человека. Научение у животных — совершенно индивидуальный процесс, он полностью привязан к сфере индивидуального опыта, опыт других сородичей может учитываться только случайно.

Научение у человека, наоборот, представляет собой главным образом усвоение опыта других. Только человек способен (благодаря организации своего мозга) воспринимать опыт других сородичей и тем самым в конечном счете своего общества, способен его усвоить и на него ориентироваться в своем поведении. Этот единственный в своем роде среди живых существ механизм научения создает основу для общественной детерминации человеческого сексуального поведения, развития личности в целом. Отдельный человек способен и объективно вынужден ориентировать свое поведение на требования и условия своего общества и своего круга. Регуляция поведения со стороны внешнего окружения или извне означает у человека регуляцию через общественное окружение. Только так можно понять и объяснить общественную зависимость человеческого сексуального поведения и тем самым его новое качество.

Каждое общество должно регулировать отношения между полами. Это касается не только проблемы разделения труда, совместной жизни (брачной и семейной форм), методов детского воспитания и обязанностей родителей и т. д., но также и сексу-льной жизни индивидов. Сексуальное поведение для всех обществ было больным местом. С самого начала оно должно было быть взято под контроль и организовано. Абсолютная свобода могла привести лишь к социальному хаосу и сильно угрожала бы дееспособности любой социальной системы. Таким образом, уже на ранних ступенях исторического развития отношения полов, в частности их сексуальное поведение, строго нормировались. Они были прочно закреплены обычаями, традициями, религиями, затем законом, понимались как само собой разумеющееся, главным образом как порядок, данный природой или богом. Во всяком случае сексуальное поведение и совместная жизнь полов относились к областям, которые в первообытных обществах категорически та-буировались. Отклонения от общепринятых в племени обычаев и норм зачастую тяжко карались. Однако то, что допускалось и запрещалось, что было «нравственным» и «безнравственным», уже и раньше у отдельных племен и народов было весьма различным.

В этой связи приведем несколько примеров из сексуальной жизни хорошо исследованных этнологами народностей (по Форду и Бичу, 1968):

«У квакиютлей, жителей островов Тробриан и Трук, алорезов поцелуй заключается в сосании губ и языка партнера, при этом слюна перетекает из одного рта в другой. У лаппов поцелуй осуществляется ртом и носом одновременно. В отличие от этого есть несколько народов, у которых целование неизвестно. Когда тонга впервые увидели, как целовались европейцы, они смеясь говорили: «Посмотрите на тех, что едят друг у друга слюну и грязь» (с. 56). «У лептчей, например, принято, что мужчина и женщина начинают сразу прямо с полового акта, иногда, правда, непосредственно перед совокуплением мужчина ласкает грудь женщины. Аналогично ведут себя квома, они очень мало занимаются подготовкой и почти совсем не знают объятий перед половым актом. В отличие от них у по-напов стимуляция перед сношением продолжается довольно долго... Также и троб-рианцы значительное время уделяют действиям, предшествующим половому акту...» (с. 47).

К давно опровергнутым легендам, которые вьются вокруг сексуальности, относится убеждение, что частота половых сношений или вызывания оргазма у человека соответствует силе его влечения. Из-за этого реальная частота нередко поспешно интерпретируется как выражение имеющегося у данного индивида потенциала биологического влечения. Не отрицая биологических различий в сексуальном потенциале индивидов, тем не менее следует остерегаться таких скоропалительных выводов. Важные в этом отношении аргументы дает сравнение разных обществ или этнических групп. Как часто совершается половой акт, что считается нормой, в разных обществах чрезвычайно различается. Само собой разумеется, эти различные представления о норме не являются «произвольными установлениями», они вытекают из реальных Условий существования того или иного общества (питание, затраты физического труда для обеспечения существования, досуг, климатические условия и т. д.). Большую роль играют старинные обряды, обычаи, традиции. Тем не менее межиндивидуальный разброс везде может быть еще достаточно большим.

Установленные обществом нормы хотя и являются условными границами, на которые каждый, хочет он того или нет, ориентируется, однако решающими для более или менее больших индивидуальных отклонений в повседневной жизни являются все же конкретные жизненные условия. Привлекательность партнера, его сексуальная потребность, гармония партнеров, закрепленные привычки (навыки), болезнь, производственные или социальные проблемы, прочие жизненные обстоятельства в решающей степени детерминируют индивидуальное сексуальное поведение. Состояние этих социальных факторов оказывает большое влияние на частоту половых актов или оргазмов индивида. Многие мужчины в несколько раз чаще могли бы вступать в половые сношения и многие женщины могли бы испытать за свою жизнь тысячи оргазмов вместо всего нескольких или ни одного, если бы их социальные жизненные условия были иными.

То, чего могут достичь общество или отдельные общественные институты, контролируя сексуальное поведение, доказывают требования некоторых церквей к священнослужителям. Миллионы людей, вынужденные всю жизнь упражняться в гетеросексуальной воздержанности в монастырях или вне их, нашли, наверное (испытывая, как правило, угрызения совести), другие формы удовлетворения или же определенные лазейки, чтобы обойти это табу. В прошлом сотни миллионов католиков должны были рассматривать свою сексуальность как греховные порывы вожделения, с которыми нужно было бороться духу. Половой акт должен был служить не получению наслаждения, а исключительно производству потомства. И поэтому раньше многие здоровые, полные жизни женщины испытывали в своей жизни половой акт ненамного чаще, чем вынашивали самих детей.

Эти хорошо известные факты говорят о поистине грубых формах подавления сексуальности, лишении человека счастья в угоду самосохранению идеологий. Таков моральный аспект проблемы. Кроме того, эти явления интересуют нас потому, что они убедительно доказывают силу общественной детерминации в сфере сексуального поведения.

Другие важные в этом отношении доказательства дает нам этнологическая литература. Протекание полового акта, типичная продолжительность его и частота могут сильно варьировать среди разных народностей. «Типично человеческое» крайне неоднородно. Не существует стандартной модели человеческого сексуального поведения. У некоторых народностей один акт в неделю — это уже очень много, у других — ежедневное половое сношение для молодых людей является чуть ли не нижней границей.

«Похоже, что в молодости и в раннем зрелом возрасте... мужчины племени лептча обладают удивительной потенцией. Заслуживающие доверия люди заявляли, что в первое время своего брака они за ночь совершают 5—6 и даже 8—9 половых актов со своей женой. Правда, в таком случае на следующий день они обычно выглядели уставшими. К 30 годам потенция их уменьшается, но и тогда один половой акт за ночь является правилом супружеской пары» (Форд и Бич, 1968, с. 86).

Еще труднее получить надежные сравнительные данные о продолжительности и интенсивности полового акта. Тем не менее несомненно, что и эти, вроде бы биологические, параметры определяются преимущественно социально-культурными воздействиями. Так, у различных народностей существуют очень разные представления о норме продолжительности полового акта, степени получения удовольствия и формах его проявления, а также о применяемых позициях. Исследователи-этнологи провели следующие наблюдения:

«У жителей Маркизских островов мужчины умеют владеть участвующими во введении мускулами, благодаря чему они довольно долго могут поддерживать состояние эрекции пениса и по своему желанию вызывать эякуляцию. У балинезийцев существует представление, что слишком поспешный акт приводит к уродливому ребенку» (с. 39).

В отличие от них другим народам свойственно совершать половой акт быстро. Эякуляция происходит вскоре после введения члена. Типичное проявление удовольствия при половом акте может быть очень сдержанным, робким, холодным, но может доходить также до степеней эксцесса, что подтверждают не только цитаты из литературы.

«Так, у сирионов является обычаем во время полового акта кусать друг друга за шею и грудь. Более того, когда при половом акте эмоции возрастают до оргазма, партнеры весьма своеобразно царапают друг другу шею, грудь и лоб, в результате чего они часто выходят из любовной потасовки с ранами. Хотя люди гордятся этими любовными шрамами, иногда все же из-за этого возникают и раздоры (в случаях внебрачных связей), поскольку они представляют собой очевидные свидетельства неверности супруга или супруги» (Форд и Бич, 1968, с. 62).

Только человек способен совершать половой акт в самых разных позициях. У животного поза тела запрограммирована инстинктивно. Даже у человекообразных обезьян существует только одна позиция: самец стоит согнувшись за спиной самки и вводит половой член сзади. У человека, наоборот, позиции полового акта могут варьироваться чуть ли не как угодно.

Перейти вверх к навигации
 
Перепечатка материалов с данного сайта запрещена.
Помогите другим людям найти библиотеку разместите ссылку: