Библиотека интересной литературы knigitut.net
Главная
Поиск по сайту
Полезные ссылки
Адрес этой страницы
<<Предыдущая страница Оглавление книги Следующая страница>>

ВСТУПИТЕЛЬНЫЙ ОЧЕРК К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ КНИГИ Р. КОССМАНА И Ю. ВЕЙСА «ЗДОРОВЬЕ, ЕГО СОХРАНЕНИЕ, РАССТРОЙСТВА И ВОССТАНОВЛЕНИЕ» 1

 

Ф. Ф. ЭРИСМАН (1842—1915)

Более ста лет прошло с тех пор, как Христофор Вильгельм Гуфеланд издал свою знаменитую книгу о макробиотике, т. е. об искусстве продлить человеческую жизнь. На основании научных понятий того времени о жизни вообще, и руководствуясь тогдашними представлениями о влиянии внешних и внутренних условий на продолжительность человеческой жизни, Гуфеланд в первой части своего сочинения теоретически рассматривает вопрос о возможности продлить жизнь человека и о способах, наиболее удобных для достижения этой цели.

Во второй же части своего труда автор, изложив сокращающие жизнь причины, дает практические советы для сохранения здоровья и для возможного продления жизни. Гуфеланд, очевидно, был замечательный наблюдатель, а потому многие из его весьма разумных рассуждении не потеряли своего значения и по настоящее время. Его книга о макробиотике положила начало целой массе популярных медицинских или гигиенических сочинений, авторы которых с большим или меньшим талантом и с большим или меньшим знанием обращались к человечеству с многочисленными советами, имевшими в виду как продление личной, индивидуальной жизни, так и улучшение общественного здоровья и уменьшение смертности.

Из более современных авторов подобных сочинений назову только Бока («Книга о здоровом и больном человеке»), Реклама («Строение и жизнь человеческого тела») и Людвига Бюхнера («Искусство долго жить»). Сюда же относится и предлагаемый здесь коллективный труд, изданный проф. Коссманом и приватдоцентом Вейссом под заглавием «Здоровье, его сохранение, расстройства и восстановление». Общий характер этих сочинений заключается в том чтобы, ознакомив читателя в более или менее подробном изложении с устройством и с деятельностью различных органов человеческого тела, указать, с одной стороны, на те опасности, которые со всех сторон угрожают нормальному ходу их отправлений, а с другой — на те простые, разумные и легко доступные средства, которыми может пользоваться человек для устранения расстраивающих его здоровье причин и для предупреждения болезней. Будучи представителями современной науки, авторы подобных трудов в настоящее время гораздо больше, чем их предшественники, могут пользоваться для изложения предмета научными данными из области анатомии, физиологии, медицины, гигиены и статистики, а равно и богатым практическим опытом последних десятилетий И если мы преклоняемся перед глубоким умом и широким кругозором Гуфеланда, то мы должны высоко ценить тот строго научный характер, которым отличается сочинение Коссмана и Вейсса.

Правда, как редакторы, так и отдельные участники этого труда задались главной целью излагать вопросы частного, индивидуального здоровья и указывать своим читателям те пути и те средства, при помощи которых они могут сохранять свое здоровье или же дополнить врачебную помощь при восстановлении его в случае его расстройства. Вопросы же общественного здоровья в этом сочинении затрагиваются как бы только мимоходом и не играют здесь главной роли. Поэтому было бы весьма важно и интересно появление параллельного труда, посвященного вопросам общественного здоровья. Выражая подобную мысль, мы, конечно, нисколько не думаем умалять достоинства и значения труда Коссмана и Вейсса, потому что, следуя указаниям этих авторов и заботясь о своем личном здоровье, каждый человек в известной мере содействует также и общественному здоровью, и последнее является как бы результатом забот отдельных личностей о своем индивидуальном физическом благополучии. Беда лишь в том, что целые группы населения в силу своего материального или общественного положения не имеют возможности пользоваться добрыми советами о сохранении здоровья, а нуждаются для этого в помощи со стороны общества или государства. Поэтому, стремясь к уменьшению детской смертности, мы не можем ограничиваться добрыми советами по адресу матерей и указаниями им на те способы ухода за новорожденными, которые содействуют сохранению их жизни и здоровья, а во многих случаях нужна организованная общественная помощь: ясли, доставление хорошего молока, денежное вознаграждение для тех неимущих матерей, которые кормят младенцев своих грудью и т. д. Школьникам, конечно, можно преподавать известные правила гигиены и личного здравоохранения; но вредное влияние целого ряда условий, которые кроются в самой школе, может быть устранено только общественными санитарными мерами, каковы: постройка здоровых помещений для школ, целесообразная организация санитарного надзора в учебных заведениях, устранение умственного переутомления детей, энергическая забота о физическом воспитании их и пр. Желая улучшить санитарное состояние рабочего класса, нельзя довольствоватьcя гигиеническими чтениями или указаниями на те вредные условия, которые связаны с профессиональной деятельностью рабочих; и здесь необходима общественная помощь в виде охраняющего здоровье рабочих фабричного законодательства, фабричного надзора и т. п. Имея в виду поднять санитарный уровень городского или сельского населения, недостаточно указывать публике при помощи чтений и печати, как она сама должна вести себя для достижения этой цели,— нужны известные санитарные мероприятия, плодами которых пользуется все население как бы автоматически: устройство правильного и современного удаления нечистот, хорошее водоснабжение, санитарный надзор за съестными припасами, меры систематической борьбы против заразных болезней, общественные заботы о пропитании бедной части населения и т. д. Приступая к борьбе с туберкулезом, невозможно ограничиваться объяснением населению характера болезни, причин ее происхождения и распространения, способов предупреждения, но наряду с этим необходимо заботиться об улучшении жилищ для неимущей части населения, об устройстве санаториев для больных, о дизинфекции зараженных квартир и т. п.

Число этих примеров могло бы быть значительно увеличено. Все они указывают на то, что во многих случаях частное лицо, будучи предоставлено самому себе, не имеет возможности пользоваться на деле советами и указаниями, как бы целесообразны они ни были, направленными к сохранению его индивидуального здоровья и личной жизни. Для таких людей эти советы и указания как бы не существуют. Необходимо, следовательно, создать для них такие условия, которые исполнение этих советов делают для них легко доступными или при которых, без всякого с их стороны воздействия, обнаруживается на них благоприятное действие какого-нибудь общественного учреждения или общего благоустройства.

Как видит читатель, мы находимся здесь в области социальной гигиены или общественного здравоохранения, цель которого заключается в воздействии на здоровье целых групп населения и при котором личная инициатива борющегося за свое здоровье человека целиком или отчасти заменяется общественными о нем заботами.

Органами этого общественного санитарного попечения являются:

1) частные общества, задавшиеся целью в той или другой форме способствовать здоровью населения вообще или известной группы его в частности;

2) городские (и сельские) общественные управления;

3) государство.

Роль государства в деле охранения народного здравия заключается главным образом в подготовлении той почвы, на которой общинные управления и частная инициатива могут основывать свои мероприятия в интересах общественного здоровья. Государство само по себе нигде не обладает ни средствами, ни наличными силами для того, чтобы самому и исключительно взять в свои руки проведение в жизнь санитарных мер среди населения. Достаточно, если оно, с одной стороны, издает разумные законы, определяющие общие нормы санитарных требований, и создает те учреждения, которые необходимы для содействия органам самоуправления и частным обществам в их деятельности в пользу общественного здоровья, а с другой — надлежащим образом заботиться о развитии научной гигиены, лежащей в основании всякой санитарной деятельности и о подготовлении будущих деятелей в области общественной гигиены. Если государство сверх того поддерживает материальными средствами, в случаях надобности, и общинные управления, и частную инициативу в их стремлении к поднятию и улучшению общественного здоровья, если оно воздерживается от бюрократического вмешательства в деятельность общественных сил — органов самоуправления и частных обществ, работающих в этой области, то оно удовлетворяет тем требованиям, которые могут быть предъявлены к нему в деле охранения народного здравия. Этим не исключается известный надзор со стороны государства над теми общинными и частными учреждениями, которые так или иначе ведут борьбу с неблагоприятными условиями, нарушающими общественное здоровье.

Определяя таким образом роль государства в деле охранения народного здравия, мы должны вкратце коснуться еще и той стороны государственной деятельности, которая, будучи направлена к поднятию народного благосостояния и образования, в высокой степени содействует улучшению санитарного состояния населения. Ведь нужда и невежество являются главными врагами общественного здоровья. По стопам их идут усиленная болезненность и большая смертность; перед ними останавливается как почти бесполезная всякая чисто санитарная деятельность. Когда народ голодает и утопает в невежестве, то от него нельзя требовать, чтобы он понимал цену и значение санитарных мер. Успешная санитарная деятельность предполагает известную степень материального благосостояния и умственного развития тех, среди которых приходится действовать. Помощь государства как могущественного фактора в экономической и умственной жизни народа здесь необходима. Но и тут, при нормальных условиях, роль государства заключается не столько в прямых, непосредственных действиях со стороны его органов, сколько в чутком понимании народных нужд, в установлении тех законов, которыми обусловливается возможность нормального течения и развития народной жизни во всех направлениях, и в возможно широком привлечении здоровых общественных сил к участию в управлении как общегосударственными, так и местными делами.

Для проведения санитарных мер в жизнь, для устранения вредных общественному здоровью условий и народных привычек, для постепенного изменения в этом отношении народного быта, для распространения гигиенических понятий среди населения необходимо широкое и сознательное участие общественных управлений и частных лиц. Там, где эти силы вследствие каких бы то ни было причин остаются в стороне, где они не являются носителем общественно-санитарной мысли, где они не проникнуты сознанием, что здоровье составляет одно из главных условий счастливого бытия как для каждого человека в отдельности, так и для целого народа, там все санитарные законы, как бы целесообразны они ни были сами по себе, остаются мертвой буквой, там все санитарные учреждения государства обречены на бездеятельность.

В новейшее время нередко высказывается мысль, что хотя указанными выше общественно-санитарными мерами и учреждениями и улучшается положение отдельных личностей или групп населения, эти меры тем не менее служат во вред всему народу как этнографической единицы, а вместе с тем человеческой расы вообще. Эти голоса, стало быть, противопоставляют благополучие отдельной личности или известных групп населения благополучию расы, частную и общественную гигиену — гигиене расовой. Применяя теорию Дарвина об естественном подборе в организованном мире к человечеству, они указывают на то, что как у растений, так и в человеческом обществе слабые от природы и неустойчивые элементы должны погибать в борьбе за существование, а могут оставаться только здоровые, крепкие организмы, в силу своих природных качеств способные противостоять вредным условиям окружающей обстановки. От этого естественного подбора будто бы обязательно выигрывает человеческая раса, которая только этим путем и может усовершенствоваться. Поддерживая же всякими мерами частной и общественной гигиены слабых, облегчая им всячески борьбу за существование, стараясь под влиянием гуманных чувств и альтруистических стремлений спасти их от более или менее верной гибели и улучшая их физическое здоровье и материальное состояние настолько, что они могут производить потомство, мы создаем целые поколения остающихся ниже нормы человеческих существ, понижающих общий уровень развития человечества во всех направлениях. Этого якобы не может допустить рациональная расовая гигиена, которая обязана заботиться об общем развитии человеческой расы и не может останавливаться перед гибелью слабых элементов, задерживающих это развитие. В особенности представители расовой гигиены не одобряют забот о больных, слепых, глухонемых или обладающих другими физическими недостатками, потому что эти субъекты, попадая в благоприятные условия, могут размножаться и таким путем передавать свои недостатки потомству; борьба за существование, по мнению этих ученых, должна действовать во всей своей силе,— лишь в таком случае человечество может быстро достигнуть желательного усовершенствования.

Если бы это воззрение, которого придерживаются некоторые выдающиеся представители естественных и экономических наук, было справедливо, если бы действительно всякое ослабление борьбы за существование, уменьшая действие естественного подбора, послужило в ущерб общему развитию и усовершенствованию человечества, если бы все гуманные альтруистические стремления, все более и более пронизывающие деятельность государства, городских управлений и самого общества, расшатали основания будущего счастья человечества, то в самом деле пришлось бы призадуматься над вопросом, что же делать? Дилемма для современного, более или менее идеально настроенного человека была бы ужасная: или бросить все гуманные мысли, оставить все заботы о физически или экономически слабых, безусловно преклониться перед грубой силой, предоставить борьбе за существование косить направо, и налево и утешать взволнованное сердце тем, что будущее счастье человеческого рода требует этой жертвы, или же сознательно идти прежним путем, стараться уменьшать страдания людей в настоящем, не думая о последствиях этих действий для будущего, заботиться дальше об улучшении судьбы слабых, не желая построить будущее счастье человечества на гекатомбах. Выбор был бы трудным, ответственность в том и другом случае огромная.

К счастью, однако, теория о дуализме между современными санитарными мероприятиями и стремлениями к сохранению слабых, с одной стороны, и требованиями расовой гигиены — с другой, далеко не может считаться установленной наукой, и очень многое говорит против справедливости того мнения, что господство естественного подбора обеспечивает развитие и усовершенствование человечества.

Во-первых, смерть поражает далеко не только тех, которые страдают каким-нибудь болезненным предрасположением или слабой устойчивостью организма. Самый сильный человек может сделаться жертвой какого-нибудь заражения, или простудной болезни, или новообразования, или какого-нибудь несчастного случая. Разве от детского поноса и его последствий умирают только дети, родившиеся хилыми и слабыми? Конечно, нет! Ранняя смерть новорожденного почти всецело зависит от условий кормления и ухода за ним. Кто будет утверждать, что вся та масса искусственно вскармливаемых, которая умирает в первые же недели или месяцы после рождения, была от природы обречена на смерть, и что, наоборот, дети, получающие материнскую грудь, выживают в гораздо большем числе именно оттого, что они от природы отличаются крепостью организма? Если же некоторые авторы думают найти параллель между большой детской смертностью, с одной стороны, и большим процентом в той же местности способных к военной службе молодых людей — с другой, объясняя это явление тем, что в данном месте после ранней гибели слабых остались только здоровые и крепкие дети, то против этого можно привести целый ряд статистических данных, показывающих как раз обратное явление, т. е. что незначительная детская смертность совпадает с большим процентом годных к военной службе молодых людей.

Далее нельзя в отношении каждого случая ранней смерти утверждать, что данный субъект был недостаточно устойчив вообще, и что более сильный организм легко выдержал бы болезнь. Давно известно, что именно наиболее цветущие и хорошо упитанные молодые люди по преимуществу становятся жертвами брюшного тифа. Здесь жизнь человека вовсе не зависит от большего или меньшего совершенства общей организации его тела, а от совершенно случайного обстоятельства, т. е. оттого, что в данное время организм не содержал надлежащего количества противоядия против яда, вырабатываемого микробом брюшного тифа.

Также несправедливо утверждать, что каждый субъект, погибший вследствие пониженной общей устойчивости, был недостаточно устойчив от рождения и потому с самого начала был обречен на раннюю смерть. Сколько людей с вполне безупречной наследственностью заболевают и умирают оттого, что они поставлены в неблагоприятные жизненные условия; при лучших же условиях они вовсе не заболевают или, заболев, совершенно выздоравливают. Ведь тот школьник, который вследствие плохого питания в бедной семье стал анемичен, худ и вял, быстро поправляется в летней колонии и совершенно выздоравливает, если его там оставляют долго или вообще переводят его в лучшие условия. Известно, что рабочие, вынужденные заниматься в пыльной атмосфере, в особенности же каменотесы, сильно страдают от заболеваний дыхательных органов, и что они в общем умирают сравнительно рано; между тем выбор профессии более или менее случайный, и тот же рабочий, если он сделался не каменотесом, а садовником, не заболел бы чахоткой и мог пользоваться хорошим здоровьем и продолжительной жизнью. В холерное время масса людей, молодых, крепких, бывших совершенно здоровыми, поражается болезнью и умирает; а разве оспой заболевают только слабые субъекты с пониженной устойчивостью, или во время голода жертвой сыпного тифа и цинги падают только старики, и малые дети? Где тут влияние естественного подбора?

Далее следует признать совершенно ненаучным строгое разделение людей на вполне здоровых и устойчивых, с одной стороны, и на слабых, неустойчивых — с другой, причем первые превозносятся как благодетели человеческого рода, на которых зиждется все его будущее, тогда как вторые равнодушно представляются судьбе как субъекты негодные, лишь задерживающие быстрые шаги человечества на пути к усовершенствованию и к прогрессу. Такого строгого разграничения на самом деле не существует. Нет нормального человека! Каждый из нас в каждый момент своей жизни является в том или другом отношении ненормальным или даже больным. От дегенерированного, хилого субъекта до крепкого, сильного и здорового организма, который мы признаем нормальным, существует целая вереница приятных условий, если они будут действовать на него с известной интенсивностью. Поэтому и нельзя сказать, что сильный не нуждается в охране своего здоровья, что для него все наши мероприятия в области общественной санитарии излишни, ненужны. Это можно было бы утверждать только в том случае, если бы опасности, угрожающие человеку, действовали только на тех, которые от природы более или менее слабы, оставляя более сильных нетронутыми. В таком случае естественный подбор действительно мог бы иметь для человечества те благодетельные последствия, которые ему приписывают. Но мы уже показали, что на самом деле наблюдается совершенно другое: тысячи людей, одаренных от природы всеми качествами для успешной борьбы за существование, или погибают от заражения болезнетворными организмами и от других случайностей, или же ослабевают настолько, что теряют способность производить сильное и здоровое потомство.

Вообще естественный подбор среди человеческой расы в действительности не играет той, так сказать, очистительной роли, которую ему приписывают его приверженцы. И он не мог бы играть ее даже в том случае, если бы были оставлены все общественно-санитарные меры, все начинания в пользу народного здравия, все заботы о слабых и нуждающихся в помощи со стороны общества. Естественный подбор не в состоянии своевременно устранить от производства потомства всех мало устойчивых или страдающих каким-нибудь пороком или же экономически слабых субъектов. А, с другой стороны, мы едва ли когда-нибудь дойдем до того, что производить детей будет разрешено только тем, которых общество, в силу их личных качеств, признает достойными для этой цели.

На основании всего сказанного мы приходим к заключению, что огромное улучшение среднего качества человеческой расы возможно без сурового действия естественного подбора, т. е. без улучшения зародышевой плазмы только путем настойчивого устранения вредных условий. Ослабляя тяжелую борьбу человека за существование, мы сохраняем массу полезных сил, которые в противном случае зря погибают. И, если даже при этом остаются в живых многочисленные слабые элементы, то человечество все же много выигрывает оттого, что и сильным облегчается существование и сохраняется здоровье и жизнь! А если состояние общественного здоровья в настоящее время далеко не может быть признано идеальным, если мы находим достаточно всяких болезней и признаков вырождения даже у наиболее развитых групп общества, то это обусловливается не излишком общественно-санитарных мероприятий, а недостатком их. А потому мы совершенно согласны с профессором Грубером, утверждающим, что разумный человек для того, чтобы довести свой организм до полного развития физических, умственных и нравственных сил, и для сохранения его на этой высоте, не нуждается в беспощадной борьбе за существование, а достигает этой цели гораздо более мягкими средствами — закаливанием и укреплениями. И действительное улучшение человеческой расы не является результатом работы слепых сил природы, а последствием разумного полового подбора.

Нет, следовательно, основания сбиваться с пути под влиянием теоретических рассуждений о необходимости естественного подбора для усовершенствования человечества. Мы можем смело сказать, что общественно-санитарные меры полезны не только для отдельных личностей, а являются могущественным фактором для улучшения человеческой расы.

1 Эрисман Ф. Ф. Избранные произведения.—М.: Медгиз,.1959, с. 138—145.

Перейти вверх к навигации
 
Перепечатка материалов с данного сайта запрещена.
Помогите другим людям найти библиотеку разместите ссылку:

Купить набор в детскую кроватку с доставкой по всей Украине.